Гибкий Никифоров

Министр связи любит браться за все, но не делать ничего.

Министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров — самый молодой министр в истории России и один из самых непубличных: по острым вопросам высказываются преимущественно его заместители, чаще всего — Алексей Волин.  Но специфика министерства такова, что этот выдвиженец Дмитрия Медведева и опального ныне Владислава Суркова, творец финансовой схемы под названием «Иннополис» все чаще оказывается в центре общественно-политических событий государственного масштаба. Тогда министру приходится либо идти в ногу с общей генеральной линией, либо пытаться перевести внимание на параллельные ведомства.

Никифоров и «пакет Яровой»

Летом 2016 года в России было принято два законопроекта, получивших общее название «пакет Яровой».  Документы подавались как новые и более эффективные меры против терроризма, однако почти сразу в обществе укоренилось мнение, что это новые механизмы репрессивного аппарата. Особенно всех возмутил перечень новых требований к операторам связи и интернет-проектам. Так, один из двух законопроектов обязал операторов связи хранить звонки и сообщения абонентов до полугода (это максимальный срок хранения такого рода информации), а информацию о самом факте звонка — три года. 

Значительная часть критики во время общественного обсуждения уже принятого закона досталась ФСБ (как, очевидно, главному бенефициару происходящих изменений), однако Минкомсвязи в этой истории играло далеко не последнюю роль. Сначала, в конце июня 2016 года, министерство достаточно сильно раскритиковало тогда еще законопроекты. «В этом законопроекте содержится ряд статей, которые, на наш взгляд, трудно реализуемы с технологической точки зрения, — заявил Никифоров в своем выступлении в Совфеде. — Считаем, что возникнут серьезные вопросы с конкретным правоприменением закона». Правда, министр сразу оговорился, что в целом его ведомство совсем не против такой идеи — просто нужно, мол, учитывать современные реалии. «К счастью, целый ряд статей имеет отлагательные сроки введения в действие — это и нормы по хранению данных. Поэтому думаем, что ситуацию не стоит излишне драматизировать, но просто работать в конструктивном ключе. Предлагать конкретные поправки», — обнадежил всех Никифоров. 

Сразу после принятия закона выяснилось, что он практически невыполним, поскольку во всем мире просто нет такого оборудования для контроля над трафиком в заявленных объемах. Президент Владимир Путин поручил такое оборудование создать — разумеется, в России, — а министр Никифоров взял под козырек. «Будет сделано», — заявил он 14 июля 2016 года. Как выглядит это оборудование — не очень понятно до сих пор, хотя уже 1 июля 2018 года закон должен вступить в силу. 

Впрочем, и в этом есть сомнения: «Новая газета» напоминает о письме замглавы Минкомсвязи Дмитрия Алхазова Российскому союзу промышленников и предпринимателей, в котором чиновник пишет об уступках: правительство готово, например, отказаться от требования рассчитывать объем хранилищ пользовательских данных исходя из монтированной емкости сетей операторов связи. И хранить данные нужно будет всего 30 суток, а не полгода, как предполагалось изначально. 

Не нужно, однако, думать, что Минкомсвязи таким образом сдало позиции. На самом деле это больше похоже на компромисс с операторами связи, которые жаловались, что все бремя — в том числе и финансовое — исполнения закона ляжет на них, и просили отсрочку до 2023 года. Однако подсчеты ФСБ и министерства, определившие траты на инфраструктуру для работы «закона Яровой» в 4,5 трлн рублей (в 2,7 раза больше, чем вся выручка от связи в России в 2016 году), быстро были скорректированы все тем же Никифоровым. «Сегодня речь идет о десятках миллиардов рублей в расчете на одного оператора. Это не триллион, не сотни миллиардов рублей, а десятки. На этапе старта это может быть чуть больше, но в целом даже в трехлетней перспективе это менее сотни миллиардов рублей на одного оператора в год», — заявил Никифоров ТАСС в октябре 2017 года. А отсрочку закона министр назвал «нецелесообразной», предложив взамен просто растянуть этапы внедрения по времени.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *